Райский Сергей Игоревич (rayskiy_sergei) wrote,
Райский Сергей Игоревич
rayskiy_sergei

Егэизация всея Руси. С юбилеем!

     Все уже в курсе последних скандалов с ЕГЭ. Если кто пропустил, посмотрите, например, здесь.

       Естественно, все шумят; разумеется, популярные телеведущие свой кусок рейтинга не упустят. Я потратил около полутора часов, наблюдая полемику Глебовой с Максимовым, и чувствую, что пора высказаться.

       Сначала – несколько слов о самой передаче.

       Ущербность таких телешоу, на мой взгляд, прежде всего в том, что мало кто может сказать спокойно то, что он думает, при этом высказаться до конца и быть в результате хоть кем-то услышанным. Такое возможно только в спокойном интервью один на один, а такие передачи на центральных каналах – редкость (я вот так недавно беседовал с Новожёновым, но кто этот канал "Доверие" смотрит?), так что оппонентам приходится считаться с регламентом и произволом ведущего. В результате ни Глебова, ни Максимов явно не сказали всего, что могли бы сказать. Зато там проводилось голосование телезрителей при помощи SMS (до сих пор не знаю, надо ли это уже писать русскими буквами), и Максимов победил: в его пользу подано примерно в пять раз больше голосов. Только я опасаюсь, что это голосование, как ни грустно, ни о чём не говорит, потому что ситуация, о которой я скажу ниже, свидетельствует не о поддержке позиции Максимова (ЕГЭ – это порка, её надо отменять) и не об осуждении позиции Глебовой (ЕГЭ – это точный показатель проблем образования и объективный инструмент оценки качества этого самого образования). Я так считаю потому, что, во-первых, шесть – семь тысяч проголосовавших ещё не отражают действительного распределения мнений; во-вторых, отменять ЕГЭ или не отменять – это далеко не вся палитра мнений, нельзя так примитивизировать проблему; в-третьих, если голоса стали поступать ещё до начала дискуссии, то по такому голосованию вообще нельзя судить ни о чём. Честный вывод может быть только один: люди, которым было не лень отправить сообщение за рубль и двенадцать копеек во время просмотра данной телепередачи, распределились вот таким образом.

       В комментариях к новостным заметкам о скандале этого года можно встретить и горячее одобрение массового списывания, и нападки на Гущина, но там не меньше и ругани в адрес ЕГЭ, а сторонники ЕГЭ продолжают говорить о его прелестях: объективности, честности и пр. Вычленить из всего этого так называемое общественное мнение тоже непросто.

       Меж тем в Рособрнадзоре опять заявили, что ЕГЭ не сорван. Впрочем, ничего другого они никогда не говорили, каждый раз (и теперь тоже) ссылаясь на статистику, которую никто не может проверить.

       В моей френд-ленте (и в комментариях к моим постам), которая, в силу её малочисленности, тоже, конечно, не отражает общей картины, есть высказывания, на мой взгляд, заслуживающие внимания. Массовое списывание и жульничество другого рода в этом году называют сопротивлением ЕГЭ и даже массовым актом гражданского неповиновения. Вот об этом, а также о том, что дал ЕГЭ и чем он теперь, спустя десять лет после его появления, является, как раз хотелось бы поговорить.

       Глебова уверяет, что только ЕГЭ вскрыл, как много недобросовестных учителей и учеников. При этом ни она, ни кто-либо другой уже давно не говорит, что ЕГЭ эту самую недобросовестность искоренит. А ведь раньше об этом столько кричали! А ещё изначально на знамени егэизаторов красовался лозунг: "ЕГЭ победит коррупцию в сфере образования". Максимов успел сказать, что с введением ЕГЭ коррупция выросла в несколько раз, но не успел объяснить, почему это так. Объясняю.

СССР

       Да, раньше списывали, ещё как! Просто потому, что в СССР тоже существовали нормы для школ (только негласные), так называемая "картина успеваемости" была жёстким кнутом и для директоров школ, и для учителей. Двойку в году можно было поставить, но и это было страшно, а уж двойка на экзамене била по школе так, что слабым ученикам помогали всячески, чуть ли не за них писали экзамен. И не за взятку, между прочим – какие взятки, когда этот оболтус и его родители всё равно знали, что ему троечку нарисуют. То же самое, только в другом фантике, наблюдалось на другом конце шкалы: у медалиста не должно быть текущих двоек (а лучше и троек) в последние два года; медалист не мог, как правило, написать идеальное "медальное" сочинение, поскольку медальные работы проверяли под микроскопом, и над шлифовкой этой нетленки во многих школах трудились (и до сих пор трудятся) все учителя-словесники. Кроме того, во многих случаях (за всех не расписываюсь, конечно) требовалась и взятка, но в виде подарка членам медальной комиссии. (В связи с вышесказанным – низкий поклон директору гимназии № 1543 Ю.В. Завельскому, который принципиально не выпускает медалистов).

       Да, была и коррупция, да, за хороший аттестат платили, потому что в вузах был конкурс аттестатов. Но это были не те масштабы. Да, платили и за поступление в вуз, но всё же это были не массовые платежи. Оговорюсь: я не располагаю статистикой (да и кто ей располагает?), а сужу о ситуации по рассказам преподавателей вузов, деканов, ректоров, а также тех, кто в вузах учился.

Девяностые

       В дикие девяностые ситуация ухудшилась: трещала по швам вся страна, а школа, конечно, только была частью общего развала. Государство позволило (и до сих пор позволяет) выпустить на рынок сборники готовых сочинений, готовые домашние задания, готовые шпаргалки – и понеслась нелёгкая! Я начал преподавать в школе в 1992 году, то есть ещё застал последних учеников, которые делали шпаргалки сами, в процессе всё-таки приобретая знания, потому как моторную память никто не отменял. Позже всё стало гораздо хуже, потому что, простите за очевидность, по приготовленным за тебя шпаргалкам, домашним заданиям и сочинениям ты ничему не научишься, кроме более или менее удачного копирования чужого текста, набранного, как правило, мелким шрифтом.

       Меж тем рейтинг школ никто не отменял – наоборот, в погоне за славой "хорошей школы" что только не творили! Да и учителей, которые считают, что с детей надо требовать когда угодно, но не на экзамене, всегда хватало. В одной из моих прежних школ моя коллега сидела во время выпускного сочинения перед актовым залом – "дежурила". На парте перед ней горой были навалены готовые сочинения. Вот я выпускаю одиннадцатый класс, а она всем этим снабжает моих учеников и меня не стесняется.

       В дикие девяностые вузы стали плодиться, как тараканы. Это происходило одновременно с гибелью системы среднего профессионального образования: училища и техникумы повсюду закрывались. Естественно, в старшую школу и в вузы хлынул поток людей, не способных там учиться. Стало быть, возросла и коррупция. Но также возросли и муки школьных учителей и преподавателей вузов. Во многих случаях думали уже не о том, как научить, а о том, как избежать двоек, потому что за двойки по-прежнему по головке не гладили – более того, государство стало откровенно издеваться над школами, ставя их благополучие в зависимость от так называемого качества образования, выражавшегося в количестве четвёрок и пятёрок. Так что к концу девяностых и в школах царил разгул безнаказанного невежества, и в вузах стонали от студентов, фантастически не соответствующих требованиям к выпускнику школы.

Двухтысячные

       На волне кошмарного унижения системы образования, старательно подпитываемого жёлтыми СМИ, государство за минувшее десятилетие сотворило ещё четыре гадости:
       1) ввело ЕГЭ,
       2) ввело всеобщее обязательное полное среднее образование (раньше хватало восьми классов),
       3) чуть позже узаконило зависимость зарплаты учителя от отметок, которые он ставит, и от результатов ЕГЭ;
       4) склонило общество к восприятию школ и вузов как части рынка – ввело понятие "образовательные услуги".
       В этой ситуации, во-первых, школам приходится изыскивать способы повышения оценок (например, не ставить так называемые текущие двойки, везде, где только можно, заменять нормальные контрольные работы тестами и т.д.), ученикам и их родителям – изыскивать способы пролезть в вуз, а преподавателям вузов (насколько я могу судить по своей френд-ленте) – изыскивать способы не сойти с ума от отчаяния. Кстати, в вузе теперь тоже студенту просто так неуд не поставишь.

       Конечно, государству тоже не очень-то хочется возиться с армией непристроенных выпускников, поэтому за десять лет ситуацию подкорректировали. Правда, весьма своеобразно. Напомню: сначала его разработчики громогласно объявляли о благотворной для выпускника замене двух экзаменов на один, об объективной оценке работы школ (при этом Рособрнадзор заявлял, что школа не должна готовить к ЕГЭ), о борьбе с коррупцией в системе образования и о равных правах. В результате "корректирования" получилось следующее:
       1) ЕГЭ вдруг перестал быть Е: школьные выпускные экзамены не вернули, но ЕГЭ стал нужен только для поступления в вуз, то есть школы оказались в ситуации, провоцирующей на коррупцию, поскольку без экзамена поставить красивые оценки в аттестат гораздо легче, как вы понимаете;
       2) ни о какой объективной оценке качества работы школьных учителей не может быть и речи, потому что многие старшеклассники, напуганные ЕГЭ и вынужденные бороться за место в вузе, занимаются с репетиторами, а в школах почти не учат – вместо этого приходиться натаскивать на ЕГЭ;
       3) ни о какой борьбе с коррупцией уже и говорить не приходится: скандалы с продажей ЕГЭ с каждым годом всё громче, а вузы, добившиеся права проводить свои, дополнительные вступительные экзамены, опять под подозрением;
       4) о равных правах говорить вообще смешно: все знают о дагестанских и чеченских (и не только) стобалльниках, которые, подавая заявление о зачислении в вуз, не могут грамотно написать свою фамилию; сказки о Ломоносовых из глубинки у многих преподавателей вузов, боюсь, вызовут нервный тик; кроме того, равные права подразумевают и право закончить образование так, как ты этого хочешь, а если в этой ситуации выпускник школы не может найти, где выучиться, скажем, на механизатора, зато вынужден поступать в вуз, то при чём тут равные права?

       При этом в школах теперь уже учатся дети тех, кто заканчивал школу в девяностые, то есть дети развращённых безнаказанным бездельем родителей. По-прежнему действует закон об одиннадцатилетнем всеобуче, а систему ПТУ, техникумов и колледжей только-только начали со скрипом возрождать. Поэтому школы и вузы всё ещё стонут от тех, кто не должен бы там находиться. При этом от школ и вузов требуют благополучной картины "качества образования", ради которой государство сделало только одно: экзамены после девятого класса – чистый фарс (исключение составляет лишь ГИА по математике, потому что там не фарс, а произвол, приводящий в ужас). От результатов ЕГЭ зависят зарплаты учителей и благополучие школ, а к чему это приводит, я уже не стану объяснять – все и так понимают.

       Что в сухом остатке? Если уж принять эту дикую терминологию, то есть говорить о том, что государственная система образования предоставляет гражданам образовательные услуги, тогда ЕГЭ – это образовательная медвежья услуга.

       Между прочим, об услугах. Госпожа Глебова и прочие чиновники от образования приучились кривить душой: всё выглядит так, будто плохие школы не так учат, а хороший Рособрнадзор вскрывает недостатки. На самом же деле есть государственная политика в области образования, а школы – это государственные образовательные учреждения вообще-то, а значит, и директора школ, и учителя подчиняются распоряжениям свыше. Выходит, Глебова, начиная своё выступление у Соловьёва с зеркала, на которое неча пенять, просто не уточнила, чья рожа в том зеркале отражается. Потому что зеркало – это не ЕГЭ, а нынешняя ситуация с образованием в стране, и в это зеркало должно глядеться министерство в полном составе. Да и кое-кто повыше министерства, полагаю.

       Теперь вернёмся к оценке массового списывания и прочего жульничания на ЕГЭ в этом году. На мой взгляд, те, кто объявляет случившееся актом неповиновения или сопротивления, забывают о том, что в подавляющем большинстве люди – это приспособленцы. Они приспособились к новой системе, нашли лазейки – и довольны. Конечно, им было бы проще без ЕГЭ. Уже потому, что было бы дешевле. Но раз так – пусть так, народ привык и доволен. А потому не надо говорить о гражданских актах – просто раньше не было интернета, а потому масштабы списывания на выпускных экзаменах некому было отследить. Что велосипед изобретать? И сдавали экзамены за других, и покупали поступление, и покупали аттестаты, и звонили ночью из Москвы на Сахалин, чтобы узнать темы выпускного сочинения – и никто не называл это актом гражданского неповиновения. И сейчас его нет: даже бескорыстная массовая взаимопомощь на ЕГЭ - это свидетельство развала. Экзамен как таковой дискредитирован окончательно.

       И последнее. Вроде как некрасиво критиковать, ничего не предлагая. Так вот, предлагаю:

       1) если нужно объективно оценить знания, а заодно остановить коррупцию, то никто не мешает проводить нормальные экзамены в старой форме, но с независимыми наблюдателями и проверяющими – да хоть под веб-камерами, хоть на открытом воздухе с ОМОНОМ по периметру площади, и это обойдётся государству всяко дешевле, чем ЕГЭ;

       2) если нужны равные права, нужно дифференцировать экзаменационные задания, чтобы выпускники, скажем, матшкол и языковых гимназий не писали экзаменационную работу той же сложности, что и обычные школьники;

       3) если нужно повысить качество обучения, тогда надо реформировать систему образования всерьёз или уже, как говорит Дмитрий Быков, дать школе денег и оставить её в покое;

       4) если без реформы образования так уж нельзя обойтись, надо начать с коренного переустройства органов, надзирающих за школами и вузами, а иначе за пирамидами отчётов и в погоне за показателями всё просто развалится.

       Уфф! Кажется, это всё. По крайней мере, пока что. Если кто-нибудь добрался до этой строчки, значит, можно и побеседовать.


PS. Запись продублирована в сообществе ru_tutor и (если пропустят модераторы) teachers_ru.
Tags: ЕГЭ, учительское, школьное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 92 comments